Спасибо, что вы с нами!

А нюх как у собаки

Развенчиваем главный миф о человеческом обонянии

Принюхайтесь: чем пахнет там, где вы читаете этот текст? Вполне возможно, вы тоже недооцениваете собственный нос. Нейробиолог Джон Макганн из Университета Ратгерса утверждает, что превосходство животных над человеком в части обоняния не более чем байка из XIX века, не имеющая под собой научных оснований.
Добавить в закладки
Комментарии
...

Макганн, изучающий обоняние последние 14 лет, для своей обзорной статьи в журнале Science проанализировал научные публикации и исторические материалы, пытаясь понять, откуда пошло представление — с его точки зрения, неверное — о том, что обоняние у человека не такое тонкое, как у других млекопитающих.

«Очень долго люди просто не задумывались над этим утверждением — даже те, кто зарабатывает деньги исследованиями обоняния. На самом деле обоняние у человека такое же хорошее, как и у других млекопитающих вроде собак и грызунов», — говорит Макганн, чьи слова приводятся в сообщении пресс-службы.

Первоисточником мифа о слабом обонянии человека ученый считает труды знаменитого французского анатома и антрополога Поля Брока (его именем назван центр Брока, участок коры головного мозга, отвечающий за восприятие речи). Брока первым отметил относительно небольшие размеры и расположение обонятельных луковиц — парной структуры мозга, участвующей в восприятии запахов, — у человека. У нас обонятельные луковицы скрыты под лобными долями, а, скажем, у грызунов и других млекопитающих они заметно крупнее и находятся в передней части мозга.

Обонятельная луковица человека. Изображение: Patrick J. Lynch / Wikimedia Commons

Эти и другие нейроанатомические наблюдения Брока практикующий хирург, который в том числе видел и пациентов с повреждениями лобных долей, интерпретировал так: именно в лобных долях мозга находится уникальный человеческий интеллект, возвышающий нас над животными. А относительно маленькие обонятельные луковицы в этом случае — признак того, что «низменное» обоняние играет в поведении человека гораздо меньшую роль.

Так началась «цепочка недопонимания и преувеличений», которая и привела к заблуждению о слабости человеческого обоняния, пишет Макганн. В работе 1879 года Поль Брока разделил млекопитающих на две группы: большинство, «осматики», опиралось на обоняние как на ведущий фактор, определяющий поведение, а «аносматики», морские млекопитающие и приматы, — нет. В 1890 году Уильям Тернер доработал эту классификацию, разделив млекопитающих на макросматиков, микросматиков (в эту группу как раз попали люди) и аносматиков. При этом, отмечает Макганн, Тернер не учел, что Брока вообще-то даже не изучал обонятельную систему приматов и, классифицируя их, исходил прежде всего из своих представлений о поведении человека и «животном» характере обоняния в принципе.

С конца XIX века это представление о слабости и даже атрофированности обоняния у человека прочно закрепилось в научных работах по нейроанатомии и учебной литературе. Макганн цитирует монографию о мозге 1957 года, где написано, что обонятельный мозг человека «скорее всего, незначительно повлиял на эволюцию человеческого мозга, и поэтому далее рассматриваться не будет». А Фрейд, хорошо знакомый с трудами Брока, даже использовал его идеи как обоснование уязвимости человека для психиатрических заболеваний: по Фрейду, у животных запахи вызывают инстинктивное сексуальное поведение, а «ущербность» человеческого обоняния подавляет сексуальность — отсюда и душевные болезни.

Этот миф часто встречается и в современных исследованиях. Макганн приводит следующий пример: из примерно тысячи генов рецепторов запахов у человека белки кодируют 390 (остальные псевдогены утратили эту способность), тогда как у мыши соответственно 1,1 тысячи функциональных генов и 200 псевдогенов. «Эти числа и их соотношения мгновенно интерпретировали как „соответствующие“ сравнительно ограниченному обонянию у приматов, хотя никакого сенсорного тестирования никто не проводил», — говорится в статье.

По словам Макганна, на самом деле нет никаких оснований полагать, что один лишь размер обонятельной луковицы сам по себе усиливает восприятие запахов. Кроме того, обонятельная луковица у человека по количеству нейронов и абсолютному размеру не уступает органам других млекопитающих. А обонятельный мозг в целом устроен даже, может быть, сложнее: например, обонятельных клубочков-гломерул, каждый из которых «привязан» к определенному рецептору, у человека в три раза больше, чем у мыши, а участки коры, интерпретирующие сигналы о запахах, у человека существенно крупнее и сложнее.

Изображение: Noodle brain / Wikimedia Commons

Всего, по оценкам ученого, люди способны различать около триллиона запахов, а не 10 тысяч, часто упоминаемые в популярных источниках. «У людей отличные обонятельные способности. Мы можем определять и различать очень широкий спектр запахов, а к некоторым из них мы более чувствительны, чем грызуны и собаки. Мы способны „идти по следу“ запаха, а наше обоняние влияет на поведение и эмоциональное состояние», — заключает Макганн в статье.

Миф о том, что человеческое обоняние — «бедный родственник» среди других чувств, опасен тем, что на самом деле оно играет довольно существенную роль в нашей жизни. Например, исследование 2015 года, где ученые снимали участников эксперимента скрытыми камерами, показало, что люди подсознательно нюхают свои руки и делают это чаще после рукопожатий. Кроме того, отмечает Макганн, психологи и психиатры, работающие с посттравматическим стрессовым расстройством, часто наблюдают у пациента обонятельные галлюцинации, связанные с обстоятельствами травмы.

«Некоторые исследования показывают, что ослабление или потеря обоняния могут быть началом проблем с памятью и ранними симптомами заболеваний вроде болезни Альцгеймера или Паркинсона. Надеюсь, медики начнут глубже разбираться в важности обоняния и поймут, что его потеря — серьезная проблема», — заключает Макганн.

Добавить в закладки
Комментарии
...
Вам понравилась публикация?
Расскажите что вы думаете и мы подберем подходящие материалы