Спасибо, что вы с нами!

Наночастицы и лечение сердечно-сосудистых заболеваний

Интервью с научным сотрудником лаборатории растворной химии передовых материалов и технологий

Сердечно-сосудистые заболевания — одна из лидирующих причин смерти. В лаборатории растворной химии передовых материалов и технологий Университета ИТМО применяют биоматериальный подход с использованием наночастиц для разработки более эффективных и действенных препаратов. Как это делают, какие наночастицы для этого нужны и какие получаются результаты, рассказывает научный сотрудник лаборатории Артур Прилепский.
Добавить в закладки
Комментарии
...

Артур Прилепский, научный сотрудник лаборатории SCAMT (растворной химии передовых материалов и технологий), Университет ИТМО:

— Несмотря на то что наночастицы, в общем-то, уже известны достаточно давно (больше века прошло с тех пор, как их впервые синтезировали), до сих пор не существует большого количества препаратов. Их можно практически по пальцам двух рук пересчитать — препараты, которые основаны на наночастицах и дошли до какого-то практического применения.

Существует, на самом деле, очень большое количество проблем, с этим связанных, — и различные побочные эффекты, и те эффекты, которые считались положительными, могут приводить к негативным эффектам. В общем-то, наночастицы и лекарства на их основе сейчас стараются применять в совершенно разных областях.

Наиболее популярная область — это лечение онкологических заболеваний; наверняка многие слышали про это. Однако интерес представляет то, что на самом деле основной причиной смерти людей в мире является далеко не онкология, как многие могли подумать, а сердечно-сосудистые заболевания. Примерно 50—60% людей в мире умирает именно от них. В России это также является одной из лидирующих причин смерти.

В нашей лаборатории мы как раз решили сконцентрироваться на этом направлении — именно на лечении основного заболевания, которое, в свою очередь, лидирует среди всех сердечно-сосудистых заболеваний, а именно — на лечении тромбозов и всех тех заболеваний, которые с ними связаны. Это инфаркты, инсульты (также инсульт головного мозга). Подразумеваются заболевания, у которых одна из самых больших смертностей — ну или осложнений, которые наступают после болезни. Они зачастую приводят к недееспособности человека.

Мы — одни из первых и единственных, которые решили применить этот биоматериальный подход, т.е. не просто на основе каких-то обычных лекарств, которые представляют собой какие-то молекулы, а именно с применением наночастиц. Потому что, как это ни парадоксально, несмотря на то что прошло уже где-то 60 лет с того момента, как были изобретены первые лекарства для лечения тромбоза, никаких новых препаратов не было изобретено. И какие-то последние разработки, лекарства были сделаны 20 лет назад. С тех пор количество болезней, связанных с инсультами, увеличилось примерно на 30% (т.е. по проценту за год оно увеличивается). Эти лекарства имеют очень большое количество отрицательных эффектов. Зачастую люди умирают именно от лечения, а не от самой болезни.

В нашей лаборатории мы решили применить наночастицы на основе железа, так называемый магнитит, который обладает многими полезными, уникальными свойствами. Во-первых, как магнит, он притягивается. Его можно с помощью магнитного поля доставить именно в тот орган или сосуд (в частности, если мы говорим о сердечно-сосудистых заболеваниях), где непосредственно находится тромб, к примеру. Это очень удобно. Не нужно делать какие-то сложные частицы, которые сами доплывут или задержатся. Можно делать это самим. Плюс, ко всему прочему, наночастицы магнитита являются биосовместимыми. И, как я уже сказал, несмотря на то что наночастицы в принципе известны более ста лет, до сих пор только два типа наночастиц (из железа и алюминия) дошли до того этапа, когда они разрешены именно в клинической практике.

По факту именно перед нашим препаратом, который мы делаем, открыты все границы. Потому что практически все, что используется, уже разрешено. В качестве агента мы сейчас изучаем несколько субстанций — в частности, это урокиназа, фермент, который тоже был получен достаточно давно и имеет определенные негативные эффекты (как и все остальные). Но при использовании его в комплексе с магнититом можно добиться как снижения этих самых негативных эффектов, так и других уникальных свойств. В частности, если мы помещаем урокиназу в магнитит, то у нас снимается сразу один побочный эффект: урокиназа перестает действовать неспецифично. Т. е. она не растворяет все тромбы вообще во всем организме и не приводит к геморрагическим осложнениям — тем же самым кровотечениям, которые могут случиться в мозге. Это очень большой шаг вперед.

Плюс, ко всему прочему, те лекарства, которые сейчас применяются, очень быстро инактивируются в крови из-за собственных защитных систем организма. И поэтому их среднее время жизни составляет порядка 10−15 минут. Их надо вводить очень много, очень долго, постоянно контролировать человека. Он должен находиться в лежачем положении в стационаре на протяжении нескольких часов, и за ним постоянно надо следить. Соответственно, энтропированный фермент (это тот термин, который мы используем для тех веществ, которые мы помещаем внутрь магнитита, — «энтропирование», т. е. «путем захвата в ловушку», если переводить это дословно с английского языка). Эти ферменты не ингибируются в крови с такой скоростью, с какой ингибируются обычные ферменты. Т. е. они защищены. Они имеют так называемое пролонгированное действие, могут долго циркулировать по кровотоку. Соответственно, общая доза, которую нужно вводить человеку, значительно падает. И, по последним данным, это падение составляет порядка 1000 раз. При этом эффективность возрастает в десятки раз одновременно.

В общем-то, это направление сейчас развивается и активно, и без каких-либо значительных затруднений — по крайней мере, без таких, которые можно так или иначе преодолеть. Над этим направлением мы сейчас активно и работаем.

Добавить в закладки
Комментарии
...
Вам понравилась публикация?
Расскажите что вы думаете и мы подберем подходящие материалы