Текст уведомления здесь

Во имя зла и несправедливости

О научных разработках двойного назначения

Моника Уитти из университета Лестера — киберпсихолог: в частности, она занимается исследованиями сетевых романов и измен. В новом исследовании, опубликованном в среду, Уитти изучила жертв романтического онлайн-мошенничества, когда «возлюбленный» или «возлюбленная», с которыми вы познакомились в сети, просит у вас денег на решение каких-то срочных проблем, после чего исчезает.
Добавить в закладки
Комментарии

Уитти выяснила, что среднестатистическая жертва такого мошенничества — женщина средних лет с хорошим образованием, достаточно импульсивная, не очень добрая, но при этом вызывающая доверие. Сама Уитти пишет, что эти данные «можно использовать при разработке программ профилактики (такого рода преступлений) и повышения уровня осведомленности».

Однако автор блога Neuroskeptic в журнале Discover задается вопросом: не поможет ли это исследование самим мошенникам? По идее, если автору удалось качественно и точно описать типичных жертв романтического онлайн-мошенничества, этот психологический портрет должен быть крайне полезен тем, кто ищет таких жертв. И, с другой стороны, если исследование бесполезно для мошенников, может ли оно тогда помочь бороться с ними?

Двойное назначение

Такие «обоюдоострые» научные разработки, которые в недобросовестных руках могут нанести вред, обычно называют Dual Use Research of Concern (DURC), или исследования двойного назначения. В первую очередь, конечно, это военные и околовоенные разработки — всё, что можно использовать как оружие. К примеру, вы придумали, как с помощью модной технологии генного драйва (gene drive) вывести комаров, не переносящих малярию, и победить таким образом инфекцию, а следующий «пользователь» этой интересной технологии, скажем, предпочтет сделать всех пчел на территории вероятного противника стерильными.

Сейчас в этом контексте все обычно думают про подпольные террористические организации или какую-нибудь Северную Корею, но вообще-то вторым назначением вполне могут интересоваться и «благопристойные» государства. Тот самый «агент оранж», инструмент жестокой экологической войны США против Вьетнама, когда-то был безобидной диссертацией ботаника Артура Гэлстона, который испытывал соединения для ускоренного роста и цветения растений. Во времена Гэлстона научно-террористическая паранойя была не такой сильной, и сам он даже не подумал о военных перспективах своих разработок. Впоследствии Гэлстон активно выступал за полное запрещение «агента оранж», но, к сожалению, зубную пасту в тюбик не вернуть.

Изображение вириона вируса гриппа H5N1 на просвечивающем электронном микроскопе. Фото: Cynthia Goldsmith, Jackie Katz / Wikimedia Commons / Public Domain

Изображение вириона вируса гриппа H5N1 на просвечивающем электронном микроскопе. Фото: Cynthia Goldsmith, Jackie Katz / Wikimedia Commons / Public Domain

Мораторий на грипп

В последние годы об аббревиатуре DURC чаще всего вспоминают в связи с двумя громкими исследованиями гриппа: авторы статей в Science и Nature, группы Рона Фуше и Йосихиро Каваоки, пытались понять, можно ли сделать так, чтобы смертельно опасный вирус птичьего гриппа H5N1 лучше передавался от млекопитающего к млекопитающему — в случае с их экспериментами от хорька к хорьку, но где хорек, там и до человека разумного недолго.

ВОЗ говорит, что H5N1 и так убивает 60% людей, которые им заражаются, но, к счастью для всех, он плохо передается от птиц человеку (и еще хуже между людьми). Ученые переживали, что естественные мутации могут облегчить передачу вируса, и пытались определить, какие именно мутации могут к этому привести, чтобы вовремя их обнаружить и подготовиться. В общем, было бы странно, если бы успешное исследование по искусственному повышению вирулентности вируса не привело — сюрприз — к повышению вирулентности, поэтому научной работой заинтересовались не на шутку.

Фуше, Каваока и их коллеги в 2011—2012 годах даже устанавливали добровольный мораторий на любые работы такого рода, пока ученые и политики разбирались с тем, можно ли публиковать такие статьи, и если да, то как, в каком объеме и как регулировать доступ к ним. До сих пор именно исследования гриппа считаются наиболее ярким примером DURC, тем более что сами ученые никак не успокоятся: то воссоздадут убившую 50 с лишним миллионов человек «испанку» 1918 года, то покажут, как мутирует еще более опасный H7N9, чтобы лучше передаваться от человека к человеку.

Не все йогурты одинаково полезны

Кроме игр с гриппом, возможно, один из самых известных примеров научных данных, которые можно применить не по назначению, и конфликта вокруг них — история с «молокозаводом массового поражения».

Авторы одного исследования 2005 года проанализировали цепочку поставок молочных продуктов в Штатах и в том числе показали, что всего четыре грамма ботулотоксина, грамотно распыленного на одном молокозаводе, могут убить 400 тысяч человек. Правительство США в лице Департамента здравоохранения от удивления даже попросило журнал не публиковать статью с рецептом убийства половины миллиона человек (где к тому же подробно разбирались уязвимости в цепочке поставок). Но в Proceedings of the National Academy of Sciences — на минуточку, главном журнале американской академии наук — решили, что свобода слова и научных исследований важнее, чем опасения государственных органов.

Визуализация структуры молекулы ботулотоксина. Изображение: Wikimedia Commons / Public Domain

Визуализация структуры молекулы ботулотоксина. Изображение: Wikimedia Commons / Public Domain

Иногда двойное назначение у исследования возникает в прямом смысле случайно: австралийские ученые в 2001 году решили использовать модифицированный вирус эктромелии, мышиной оспы, чтобы сделать из него так называемую контрацептивную вакцину и контролировать размножение мышей в дикой природе.

Модифицированный вирус внезапно оказался намного вирулентнее «дикого», то есть быстрее передавался от животного к животному, перебил всех мышей в эксперименте (хотя обычный вирус вызывал у них только мягкие симптомы болезни) и даже преодолел естественный иммунитет уже переболевших мышей к мышиной оспе.

Авторы статьи про молокозавод считали, что, указав на потенциальные угрозы, они помогают их ликвидировать. Похожими соображениями руководствуются, кстати, и американские, и британские журналисты, которые любят обнаруживать на заброшенных складах оспу, лихорадку денге и пятнистую лихорадку Скалистых гор и заказывать по обычной почте геном той же оспы. Каждая такая история производит фурор, но память у человечества короткая, и никто не может точно сказать, действительно ли обнаруженные лазейки закрыты или же ждут только биотеррориста с хорошим воображением.

Психология о двух концах

Пока психологические исследования редко относят к работам двойного назначения — речь все больше идет о ядерной физике или синтетической биологии. Но вполне можно представить, как информацию, которую получают психологи, можно использовать в не совсем благородных целях.

Например, в недавней работе специалисты по машинному обучению выяснили, что, если нейронные сети «тренировать» на корпусе реальных текстов, они перенимают от авторов даже плохо осознаваемые стереотипы. Кто мешает разработчикам внешне «беспристрастных» алгоритмов, которые берут на себя все больше и больше заданий, эксплуатировать эту их особенность?

А вот еще исследование, авторы которого убедительно показали, что сувенирная продукция, бесплатная еда и прочие бонусы врачам от фармкомпаний действительно оказывают влияние на то, какие лекарства выписывает врач. Любая фармкомпания, прочитав об этом, с новыми силами, естественно, бросится противодействовать запретам на такие подарки, а там, где отстоять свое не удалось, — искать другие инструменты воздействия на врачей.

Как отмечает Neuroskeptic, мошенники-скаммеры вряд ли зачитываются рецензируемыми научными журналами по психологии, но это не значит, что они не интересуют никого, кроме самих ученых. Несколько лет назад крупнейшей социальной сети мира, Facebook, уже пришлось извиниться перед своими пользователями за эксперимент по манипулированию их эмоциональным состоянием (естественно, втайне от пользователей) — чем не двойное назначение психологии?

Добавить в закладки
Комментарии
Вам понравилась публикация?
Расскажите, что вы думаете, и мы подберем подходящие материалы
Фрагмент Королевских ворот в Хаттусу, столицу Хеттской империиStylone / Фотодом / Shutterstock

Бронзовый коллапс, или Куда делись все эти люди

Чем был вызван кризис средиземноморских цивилизаций три тысячи лет назад

В конце второго тысячелетия до нашей эры в Греции и на Ближнем Востоке — в Месопотамии, в Древнем Египте, в Сирии, в Малой Азии — творились очень странные дела. Великие царства бронзового века одно за другим уходили в небытие, из ниоткуда появлялись новые народы, хроники повествовали о нашествиях, голоде и прочих бедствиях. Историки долго предпочитали винить во всем «народы моря», но теперь, благодаря археологическим данным, полученным в последние годы, у нас, кажется, есть основания иначе отвечать на вопрос, кто виноват в коллапсе «бронзовых» цивилизаций.
Добавить в закладки
Комментарии

Как рассказывает профессор Эрик Клайн из Университета Джорджа Вашингтона, директор Капитолийского археологического института, автор книги «1177 BC: The Year Civilization Collapsed», Средиземноморье позднего бронзового века представляло собой мир, очень похожий на современный, — глобализованное пространство с торговыми нитями, опутавшими всю ойкумену, то есть все страны, составлявшие на тот момент европейскую цивилизацию.

Торговые и культурные связи второго тысячелетия до нашей эры обеспечивали единый высокий технологический уровень городов Греции и Ближнего Востока во всем: в кораблестроении, в архитектуре, в обработке металлов. Чтобы показать протяженность и устойчивость торговых путей бронзового века, достаточно сказать, что олово для выплавки бронзовых изделий поступало, скорее всего, из Афганистана, а медь брали на Кипре.  Города были оснащены системами водоснабжения, инженерный уровень которых античным грекам тысячу лет спустя и не снился.

Все это откатилось назад со страшной скоростью в кратчайшие по меркам истории сроки, чтобы сбросить с древнего мира бронзовый век и позволить ему войти в новый век — железный, в ту историю, которую мы изучаем в школе.

За относительно короткое время — в древнеегипетских надписях зафиксирован промежуток от 1207 до 1177 года до нашей эры — весь прекрасный бронзовый мир растворяется. Торговые связи рушатся. Из известных нам царств бронзового века в более-менее нетронутом виде остается Египет, который теряет контроль над Сирией и Палестиной. Вавилон и Ассирия сохраняют разве что локальное значение. Исчезает микенская цивилизация. Разрушена Троя. [ ... ]

Читать полностью

Чьи гены?

Научный взгляд на телегонию: чего ждать, если ваша бабушка «согрешила с водолазом»

Телегония — наследование ребенком признаков от предыдущих партнеров матери — относится к темам, которые не принято обсуждать вслух. Считается, что и так все понятно. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что каждому «понятно» что-то свое. Вооружившись проверенными источниками и здравым смыслом, мы попробуем свести разные представления о телегонии к общему (рациональному) знаменателю и выслушаем современную науку, которой внезапно тоже есть, что сказать нового по этому поводу.
Добавить в закладки
Комментарии

Для начала договоримся о терминах. Удивительно, но уже здесь нет единства: по результатам запроса в Яндексе мы видим, что разнообразные источники телегонию называют «наукой», «концепцией», «тайной человечества» и даже «инструментом совершенствования биологического вида». Мы остановимся на «классическом» варианте, который предполагает, что предыдущий половой партнер матери может как-то влиять на ее потомство от последующего. Поясним сразу, что нас интересуют не этические аспекты этого вопроса, а только физиологические и молекулярные механизмы.

Взлет и падение

Датой рождения телегонии как понятия можно считать 1868 год, когда Чарльз Дарвин (да-да, и этот фундамент тоже заложил он) в своей книге «Изменение животных и растений в домашнем состоянии» привел разнообразные свидетельства этого явления. Большинство из них представляли собой рассказы «очевидцев», полученные Дарвином через третьи руки, и поэтому научным аргументом являться не могли. Единственным задокументированным случаем, вошедшим с тех пор во все популярные тексты, остается история кобылы лорда Мортона. Если коротко, кобыла арабских и английских кровей была случена с кваггой (ныне истребленный подвид зебры) и принесла потомство с характерными полосками. В следующий раз, уже от самца своей породы, она снова принесла жеребят, внешне напоминавших кваггу. Ситуация повторилась и через восемь лет: в отсутствие жеребца-квагги опять родились полосатые дети.

Жеребенок — гибрид зебры и лошади. Фото из книги Джеймса Юарта The Penycuik experiments
Жеребенок — гибрид зебры и лошади. Фото из книги Джеймса Юарта The Penycuik experiments

[ ... ]
Читать полностью

Ну ма-а-ам!

Как и от кого защитить очень маленьких детей

Отношения детей с родителями — тема непростая. Она вдохновляет деятелей искусства, кормит психоаналитиков и порождает комплексы у всех остальных. Считается, что корень всех бед прячется в детстве. Но мы предлагаем копнуть глубже. Самые первые проблемы начинаются уже у эмбриона, главным врагом которого оказывается — о ужас! — собственная мама. В День защиты детей мы рассказываем трогательную историю о матери и ребенке, которые пытаются (с помощью системы иммунитета) научиться принимать друг друга такими, как они есть. Спойлер: все закончится хорошо.
Добавить в закладки
Комментарии
От редакции, 16/10/2017

: Этот текст

стал лучшим

в номинации «Науки о жизни» («Лучшая публикация в Интернет-СМИ») на конкурсе Tech in Media 2017. Чем редакция «Чердака» очень гордится! [ ... ]

Читать полностью