Текст уведомления здесь

Балласт ненужных знаний

Почему современное школьное образование совершенно бесполезно

Последние годы российская школа, кажется, только и делает, что непрерывно модернизируется, а дети учатся теперь на год больше — целых 11 долгих лет. При этом количество людей, верящих в чертовщину и прочий телекинез, все время растет. В чем причина провала школьного образования, рассуждает выпускающий редактор «Чердака» Ирина Якутенко.
Добавить в закладки
Комментарии

В середине февраля я читала научно-популярную лекцию про выдумки научной фантастики и то, как современная наука их «отрабатывает». И на самой лекции, и после нее было много вопросов, в итоге начали мы в половине восьмого, а закончили ближе к одиннадцати вечера. После того как зрители разошлись и я стала собираться домой, ко мне подошла девушка лет 16, которая всю лекцию скромно просидела на заднем ряду, видимо не решаясь поднять руку.

«Можно задать вам вопрос? Точнее, не один. Несколько. Одиннадцать — вот я их тут записала», — сказала она и покосилась на толстую тетрадь у себя в руках. Вопросы оказались буквально обо всем на свете. Почему нельзя вылечить СПИД, просто убив больные клетки? Как

работают метаматериалы

? Есть ли все-таки способ обнаружить невидимого розового единорога (на лекции я рассказывала слушателям о Карле Поппере и его

принципе фальсифицируемости научных гипотез

). Неужели в природе и правда совсем-совсем нет элементов тяжелее урана и

куда они в таком случае деваются

? Откуда вообще произошли элементы? И много чего еще.

За исключением разве что поисков единорога, ответы на остальные вопросы теоретически должны быть в школьной программе. Можно, конечно, предположить, что девушка не очень-то внимательно слушала учителей, но думается мне, причина такого количества вопросов, на которые школьники вроде как должны знать ответы, как минимум не только в этом. Дело в том, что совместить знания, которыми учеников пичкают на физике-химии-биологии, и реальный мир непросто, если вообще возможно.

Эта оторванность от реального мира и есть, на мой взгляд, одна из главных проблем школьного образования, причем образования именно современного.

В древности, когда науки находились в зачаточном состоянии и были слеплены в этакую единую Пангею, еще не разделившуюся на континенты, вопросов, как применить знания к миру, не было. Геометрия возникла потому, что землемерам нужно было правильно отмерять размеры пашен, а строителям — строить дома. Биология была жестко «завязана» на медицину и стремление разобраться, почему люди болеют и умирают. Астрономия выросла из морской навигации и все того же земледелия: «Календарь садовода» и вообще календарь — изобретения относительно недавние, а вовремя сажать и собирать урожай нужно было всегда. Большинство наук родились из практических нужд человека, поэтому те, кто изучал их, прекрасно понимали, зачем все эти цифры и чертежи (хотя философско-метафизическая подоплека у тогдашнего единого научного знания тоже имелась).

Постепенно науки крепли и отделялись от практики и друг от друга (хотя на самых глубинных уровнях все процессы подчиняются одним законам — неважно, в камне этот процесс или в живом существе). Сегодня базовые знания о природе появляются гораздо раньше, чем люди придумают, для чего бы эти знания могли пригодиться. Когда в 1960 году был изобретен первый лазер, скептики называли его «решением, к которому еще нужно придумать проблему». Сегодня сложно представить себе мир без лазеров: они применяются везде — от оптоволоконной оптики и изготовления микросхем до учительских указок. Но то большая наука. Знания из школьного курса неизбежно отстают от нее и описывают уже постфактум: все то, о чем говорится в школьных учебниках, используется в повседневной жизни не один десяток лет. Законы Ома — электричество в домах. Законы Менделя — предсказание цвета глаз и риска болезней у будущих детей. Цикл Карно — тепловые двигатели, причем не только на загадочных для современных детей паровозах: атомные станции, ракеты из фантастических фильмов и холодильники тоже без него не работают.

Мне возразят, что в школьной программе все это есть. Действительно, если открыть план урока, скажем, по теме «Производная», там есть подпункт «Физический смысл». Но проговаривается он обычно парой предложений, которые тут же вылетает из головы: учителя торопятся быстрей-быстрей перейти к объяснению абстрактных математических правил, как эту самую производную брать («Брать? Зачем? Кому она нужна? Мне — нет», – резонно думет ученик). В итоге дети механически заучивают непонятные им операции над цифрами и таблицы производных, тоскуя о том, что они тратят время на непонятную ерунду.

Фото: Фадеичев Сергей/ТАСС

Насколько проще было бы разобраться, что за зверь производная и почему она так важна, если бы это понятие вводилось не на уроке математики, а на уроке физики, в ходе беседы о том, что же, собственно говоря, такое скорость. Перебрав всевозможные варианты, дети рано или поздно сами пришли бы к тому, что это изменение положения предмета в самый-самый-самый маленький отрезок времени. Все, вот она — производная, родилась естественно и легко. Конечно, от формальных правил взятия производных никуда не деться, хотя большой вопрос, надо ли их прорабатывать так тщательно, учитывая, что через два года после школы большинство не сможет вспомнить, что такое производная. Но в любом случае давать любые правила надо потом, уже после того, как само понятие — и его важность — уже не вызывают вопросов.

Когда новые концепции вводятся именно так, школьники не уныло зазубривают бессмысленную абракадабру, про которую кто-то решил, что она важна, а узнают радость настоящего научного открытия. Они сталкиваются с тем, что хорошо знакомое им явление вдруг оказывается непонятным, пытаются разобраться в нем, выдвигают гипотезы и наконец находят объяснение, которое этим гипотезам удовлетворяет. Им самим хочется понять, в чем же дело – то есть рождается та самая мотивация учиться, об отсутствии которой уже который год непрерывно стонут преподаватели. А так как в школьном курсе почти нет чисто математических абстракций, ничто не мешает построить все обучение именно по этой схеме.

«Естественный» подход в разы увеличил бы количество знаний, которые остаются в головах после того, как дети оканчивают школу. То, что ты выяснил сам, изрядно помучившись в процессе, запоминается намного лучше, чем стерильный набор из ненужных и непонятных сведений. Никаких чудес — исключительно нейрофизиология. А во-вторых, детям, которые со школы привыкли ставить вопросы и искать ответы, объясняющие, что же на самом деле происходит, будет гораздо легче жить в нашем мире, который становится все более сложным. Став взрослыми, такие дети уже не будут с готовностью принимать на веру те объяснения, которые предлагает им неведомый советчик из интернета или телевизора. Выращенная естественным путем познания, их картина мира оказывается куда более полной и непротиворечивой, ведь все ее элементы прочно увязаны друг с другом в единое целое. И нелепое объяснение будет очевидно выбиваться из этой гармонии.

Построенная на искусственном разделении наук, оторванная от реальности, выхолощенная школьная программа обрекает людей искать ответы у непонятно кого. Форумы полны вопросами взрослых и подростков в духе «зачем нужен интеграл», «в чем смысл логарифма» или «как работают прививки». Можно только догадываться, что наотвечают страждущим местные доброхоты с точно такими же отрывочными представлениями о мире.

И это еще самые любопытные взрослые, у которых сохранились зачатки интереса к тому, что есть вокруг. Остальные же просто «забили» и живут в XXI веке с воззрениями крестьянина XVII столетия. Но только теперь у них есть средства и способы влиять на свое здоровье и жизнь себя и окружающих, которые в XVII веке и не снились. И вот это по-настоящему страшно.

Добавить в закладки
Комментарии
Вам понравилась публикация?
Расскажите, что вы думаете, и мы подберем подходящие материалы

И творить, и продавать

Каким будет инженер будущего

Какие образы возникают у вас в голове при словах «инженер XXI века»? Небритый мужчина среднего возраста в очках и с отверткой в руке? Молодой человек в каске, нажимающий на кнопки пульта управления суперсложного роботизированного станка? Или это вообще девушка? «Чердак» анализирует, какими будут инженеры будущего.
Добавить в закладки
Комментарии
Гений-одиночка или командный игрок?

Социологический опрос, проведенный в 2014 году Аналитическим центром Юрия Левады, показал, что большинство респондентов не представляют себе инженера как замкнутого, необщительного человека. Видимо, это сказывается наследие советской инженерно-технической культуры. Вспомним повесть братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу», которая передает тот самый идеализированный заговорщицкий дух коллективного технического творчества. Инженер решает важные для общества задачи в команде, советуясь с «коллегами по цеху».

К слову, эта книга действительно влияет на выбор профессии инженера. «Когда я проводил интервью в рамках исследования культуры инженеров, эту повесть упоминали практически все, даже молодые. Они говорили, что фантастика в целом играла значимую роль в момент их профессиональной социализации», – рассказывает Роман Абрамов, доцент департамента социологии факультета социальных наук НИУ ВШЭ.

Исследование Абрамова показало, что инженеры ориентированы на обмен идеями и мнениями. Внутри их профессиональных сообществ, несмотря на то что во многих современных компаниях введена индивидуальная оценка достижений, есть стремление к взаимопомощи, обмену знаниями, коллективности. [ ... ]

Читать полностью

Трудный сосед

Какие сложности ждут человека при попытках добраться до Марса

Через несколько дней к красной планете отправится миссия «Экзомарс-2016», состоящая из двух исследовательских аппаратов. Люди на Марс снова не полетят, и дело тут не только в финансах. «Чердак» объясняет, почему полет к ближайшему космическому соседу, скорее всего, окажется последним.
Добавить в закладки
Комментарии
Смертельное излучение

Магнитное поле нашей планеты и ее атмосфера надежно защищают нас от высокоэнергетических частиц, летящих, в первую очередь, от Солнца. Марсу повезло меньше: его магнитное поле по неизвестным причинам исчезло, после чего с красной планеты «сдуло» почти всю атмосферу: она примерно в 150 раз более разряженная, чем на Земле. В таких условиях смельчаки, рискнувшие принять участие в колонизации красной планеты, неизбежно подвергнутся мощному радиационному излучению. По данным исследований, только на орбите Марса уровень радиации в 2,5 раза выше, чем на МКС.

«Радиация увеличивает вероятность возникновения раковых заболеваний, в первую очередь клеток, которые часто обновляются. Например, это клетки слизистой, допустим, кишечника», — пояснил «Чердаку» опасность пилотируемой марсианской миссии популяризатор науки, биолог Антон Захаров.

В космическом пространстве, через которое неизбежно нужно добираться до Марса, дела обстоят еще хуже: там от от космической радиации нет вовсе никаких барьеров. Если учесть, что путешествие до соседней планеты займет более полугода, то лишь за время дороги члены экипажа рискуют получить дозу излучения в один зиверт: по стандартам NASA, это максимально допустимая доза за всю карьеру астронавта. Если во время полета случится мощная вспышка на Солнце (а предсказать наверняка, что ее не будет, невозможно), она «подкинет» еще несколько зивертов радиации. В этом случае с вероятностью в 50% в течение месяца-двух весь экипаж погибнет от лучевой болезни. [ ... ]

Читать полностью

Не ангелы

Удивительные эксперименты на детях, которые выявляют их истинную сущность

Дети не часто попадают в руки психологов-экспериментаторов: инструкции не всегда понимают, с дисциплиной проблема, самоанализа ноль, а этические нормы не позволяют призвать их к порядку. Но иногда ученым все же удается вдоволь оторваться, и это порой приводит к удивительным результатам: оказывается, дети вовсе не такие милые, как принято думать.
Добавить в закладки
Комментарии
Стэнфордские зефирки

Оказывается, определить, насколько успешным во взрослой жизни будет ребенок, можно еще в раннем детстве. По крайней мере, если верить результатам исследования Стэнфордского профессора Уолтера Мишела, славного своими нетривиальными психологическими экспериментами. Исследование, которое позже назвали «зефирным тестом», началось в 1970-х годах и затянулось почти на сорок лет.

Детей усаживали по одному в отдельной комнате и клали перед ними одну зефиринку (вообще-то это был не привычный россиянам зефир, а его американская разновидность — маршмеллоу, которую принято жарить на костре или топить в чашке с какао). Экспериментатор объяснял, что сейчас он ненадолго выйдет и оставит лакомство. Если малыш продержится до его возвращения и не тронет зефиринку, то в награду получит вторую.

Дверь закрывалась, экспериментатор уходил и наблюдал за поведением оставшихся в одиночестве малышей из другой комнаты. Часть детей съедали зефир сразу, некоторые ерзали в кресле, ходили кругами вокруг стола, но сдавались и отправляли сладость в рот. Однако были и те, кому удавалось выдержать все 15 минут до возвращения исследователя и получить заслуженную награду. Из шести сотен юных испытуемых отложить получение удовольствия удалось всего 30 процентам. [ ... ]

Читать полностью