Текст уведомления здесь

От «Марлота» до «Крюгера»

В ЮАР до сих пор есть слоны, львы и антилопы — фоторепортаж «Чердака»

В детстве все мы рассматривали в энциклопедиях картинки удивительных африканских пейзажей со слонами, львами, диковинными антилопами и птицами. Всегда казалось, что художник старался показать максимально много животных, расставляя их как можно плотнее, заполняя все свободное пространство изображения. Автору посчастливилось отправиться в Южноафриканскую республику и Намибию и увидеть все своими глазами. В ходе этой биологической экспедиции мы совершили девять перелетов и побывали в самых разных регионах этих стран.
Добавить в закладки
Комментарии
Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Выбирая места, в которых нам бы хотелось остановиться, будь то отели или частные дома, мы всегда стараемся жить максимально близко к дикой природе. Тогда даже утренний завтрак или вечерний чай могут принести интересные наблюдения и неожиданные открытия. В этот раз наш дом располагался между двумя национальными парками — «Марлот» и «Крюгер». На соседнем поле регулярно паслись жирафы, зебры и страусы. Наблюдение за ними во время заката стало для нас вечерней традицией на несколько дней.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Зеленые мартышки (Chlorocebus sp.) регулярно приходили на задний двор, собирая остатки еды, а небольшой пруд отлично помогал им утолить жажду. Множество дверей в доме были закрыты, в том числе и решетками. Первое правило, установленное хозяевами, гласило: «Никогда не оставлять дверь открытой, всегда закрывать решетку». Иначе эти проворные и социальные обезьяны все разбросают и разломают на кухне в поисках еды.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

В национальном парке «Крюгер» слоны (Loxodonta africana) встречались нам регулярно, и поговорка «Слона-то я и не приметил» становилась реальностью. Слоны очень социальные животные, каждая встреча между особями начинается с ритуала приветствия. Они поглаживают друг друга хоботами, сплетают их между собой, а также дотрагиваются до рта, висков и иногда гениталий, что позволяет им воспринять сигналы, основанные на химических выделениях.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Импала (Aepyceros melampus) — одна из самых распространенных антилоп Африки. Мы регулярно встречали сотни этих грациозных копытных. Инспекторы заповедников и местное население называют импал «Макдоналдсом Африки». Если какой-то хищник проголодался, то, стоит лишь немного поискать, и поблизости, подобно фастфуду, всегда найдется вкусная импала — основная пища африканских хищников.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

В национальном парке «Крюгер», старейшем в ЮАР, запрещено перемещаться без машины, и каждое сафари в разное время суток приносило интересные встречи. Однако утренние часы, когда солнце только-только поднимается из-за горизонта, — самые удачные для наблюдения за животными. Именно утром нам несколько раз повезло увидеть львиные прайды после удачной ночной охоты. Взрослые львы и львицы вальяжно валялись в тени кустов, в то время как львята играли и с явным наслаждением поедали свежее мясо.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Пятнистая гиена (Crocuta crocuta) — самая крупная среди гиен и один из самых успешных хищников в Африке. Вопреки распространенному мнению активно охотиться за добычей и практически не ест падаль. Во время погони пятнистая гиена способна развивать скорость до 65 км/ч и сохранять ее в течение пяти километров, а жертвой может стать практически любое животное, включая буйволов и жирафов. Пищеварительный тракт гиен также имеет интересную особенность — он длиннее, чем у большинства хищных. В результате чего пища переваривается практически полностью, а экскременты больше похожи на мел (состоят из фосфата кальция) и не гниют. Пятнистые гиены живут кланами, где царит матриархат. Самки часто устраивают битвы со смертельным исходом, а вновь родившаяся самка занимает следующее за своей матерью положение в иерархии. Самцы же покидают клан сразу после полового созревания.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Ночью свет фонарика высвечивает в африканской саванне десятки глаз, среди которых можно различить антилоп, хищных генетт и приматов. Последних удавалось встретить не только в национальных парках, но и на заднем дворе. Самка большого серого галаго (Otolemur monteiri) приходила с двумя детенышами, которые всегда оставались на дереве, в то время как мать прогоняла генетту, вставая на задние лапы, забирала еду и относила детенышам.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Бегемоты, несмотря на кажущуюся неповоротливость, одни из самых опасных и агрессивных зверей не только в Африке, но и на всей планете. Драки между двумя самцами часто заканчиваются гибелью одного из них, а по количеству убитых людей бегемоты опережают львов, буйволов и леопардов. Несмотря на свою популярность, бегемоты изучены достаточно плохо, и это неудивительно: большую часть дня они проводят, погрузившись в воду, — поди-ка изучи таких. В Африке разрешена охота на гиппопотамов — их мясо издавна используется в пищу, а клыки по стоимости превосходят слоновьи бивни.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Регулярно на сафари нам встречались медвежьи павианы (Papio ursinus), и наблюдение за ними, как и за любыми приматами, было крайне интересным. В одну из таких встреч стая лениво переходила дорогу, и, пока взрослые наблюдали за окружающей обстановкой, дети резвились — бегали друг за другом, периодически дотрагиваясь передней лапой до «соперника». Все это напоминало детскую игру в салочки.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Недалеко от Кейптауна, на пляже Болдерс, обосновалась колония очковых пингвинов (Spheniscus demersus), которые настолько привыкли к присутствию людей, что не только не замечают их, но и в случае вторжения в их личное пространство могут довольно больно клюнуть или разбить клювом слишком близко поднесенный объектив. Несмотря на обилие пингвинов на этом пляже (а здесь их несколько сотен пар), этот вид занесен в международную Красную книгу. Виной всему — бесконтрольный сбор яиц, который был крайне популярен среди местного населения в XX веке.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

У каждого биолога есть список животных и растений, которые ему знакомы с детства, рисунки и описания каждого из них встречались в учебниках и рассказах путешественников десятки раз. Кажется, ты знаком с ними настолько, что, встретив их, узнаешь близкого друга или родственника, а никак не таинственное существо. Выбор на Намибию пал не случайно — там растет уникальное растение Вельвичия удивительная (Welwitschia mirabilis). Она имеет всего два листа, которые растут всю жизнь (иногда свыше полутора тысяч лет). Всю влагу она получает из океанического тумана, поэтому встретить ее можно только в прибрежных пустынях Намибии и Анголы. Вельвичия — голосеменное растение, ее ближайшие родственники — сосны, саговники и ели, и названа она в честь ботаника Фридриха Вельвича, который впервые ее нашел. Кстати, вельвичия — национальное достояние Намибии, за сбор и вывоз ее семян предусмотрена уголовная ответственность.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Несмотря на внешнюю схожесть с зайцами или большими пищухами, капские даманы (Procavia capensis), достигающие размера домашней кошки, — ближайшие родственники слонов. Эти удивительные звери идеально приспособились к жизни среди скал: здесь они строят норы и поедают различную растительность. Подошвы лапок этих зверей абсолютно голые и покрыты особым резиноподобным эпидермисом, который постоянно смачивается выделениями потовых и сальных желез. При этом центральная часть свода стопы способна приподниматься, создавая подобие присоски. Все это позволяет даманам прыгать практически по отвесным скалам, спасаясь от хищников.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Самцы агам колонистов (Agama agama) обладают сильно выраженным территориальным поведением. Встретившись на камне, два самца привстают на лапы, начинают трясти головой, а их и без того яркая окраска становится еще насыщеннее. Если же противник не уходит, то они вступают в схватку, кусают друг друга за шею, хвост, лапы, пытаясь скинуть друг друга и занять удобный и обычно освещенный солнцем камень, на котором они будут ждать самку, окрашенную гораздо скромнее.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Удивительный клюв африканского аиста-разини (Anastomus lamelligerus) идеально приспособлен для питания водяными улитками ампуляриями. Он без труда достает им моллюска из раковины. Эти аисты очень любят жить рядом с бегемотами, которые своими ногами разрыхляют дно реки, выкапывая различных моллюсков.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Сложно себе представить африканскую саванну без кошачьих. Большинство из них — ночные и сумеречные охотники, нападающие из засады. Совсем иначе ведет себя гепард: развивая спринтерскую скорость до 110 км/ч, он без труда преследует добычу. В отличие от других кошек, когти гепардов полувтяжные и во время бега работают подобно шипам на бутсах футболистов; позвоночник гепардов настолько гибок, что позволяет бежать, почти не поднимая ноги от уровня земли, а голову держать на одной высоте, следя за добычей. Во время последнего ледникового периода гепарды находились на грани вымирания, поэтому все современные особи являются близкими родственниками. В результате этого у многих из них наблюдаются генетические заболевания и почти половина детенышей не доживает до года.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Вьюрковые ткачики — прирожденные архитекторы: их гнезда порой поражают своей сложностью. Причем гнездо всегда начинает строить самец: он привязывает травинку к дереву, плетет гамак и лишь потом начинает выплетать стены. Самка к нему присоединяется лишь на заключительных этапах. При этом самки крайне разборчивы: они выбирают только опытных строителей, способных сплести прочное и надежное гнездо. Самец же, доплетя одно гнездо, приступает к строительству следующего, устраивая на дереве целый гарем.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Африканский бородавочник (Phacochoerus africanus) — родственник наших кабанов и свиней, которого легко отличить по шести жировым «бородавкам» на морде, размер которых указывает на пол и возраст животного. Несмотря на свои размеры, бородавочники оказались очень пугливыми животными: стоило только остановиться, как они убегали, поднимая свои хвосты вверх. За эту особенность в Африке их в шутку называют «Радио Африка».

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Антилопы гну (Connochaetes taurinus) — одни из самых многочисленных копытных Африки: их несколько десятков тысяч особей. Самцы этих крупных антилоп в период размножения территориальны, но их участки совсем небольшие (100—150 метров в диаметре), а маркируют они их выделениями предглазничных желез.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Фото: Илья Гомыранов / Chrdk.

Леопардовых черепах (Geochelone pardalis) мы видели несколько раз в ЮАР и Намибии. Это вторая по размеру черепаха Африки, длина ее панциря достигает 70 см. В брачный период самцы дерутся за самок, при этом стараясь опрокинуть соперника на спину. Несмотря на высокую плодовитость (самка может откладывать до 30 яиц), из-за браконьерского отлова и продажи черепах этот вид включен в международную Красную книгу.

Добавить в закладки
Комментарии
Вам понравилась публикация?
Расскажите, что вы думаете, и мы подберем подходящие материалы

«Вы придете в научную организацию и с порога заявите, что можете сделать лучше»

Зачем идти в магистратуру по научной коммуникации

«Ученый ходит на работу и там вдруг делает открытие, а потом он его отдает и снова ходит на работу, пока не сделает следующее открытие» — примерно так науку представляют себе те, кто ей не занимается, если верить (ненаучному) исследованию пользователя VK Андрея Гребенюка, пост которого заинтересовал Институт статистических исследований и экономики знаний ВШЭ.
Добавить в закладки
Комментарии

Люди, которые рассказывают, как на самом деле устроена работа ученых, что за открытия они делают на работе и зачем (а также зачем в следующем году им нужно дать еще денег), — это научные коммуникаторы. Это переводчики с научного на человеческий, которые помогают ученым не выглядеть сумасшедшими злодеями из голливудских фильмов, а их согражданам, далеким от науки, помогают лучше понимать, что на самом-то деле они не так уж от нее и далеки.

Необходимое уточнение: «Чердак» давно и искренне дружит с создателями магистратуры по научной коммуникации в ИТМО; два сотрудника «Чердака» преподают научную журналистику студентам магистерской программы.

Газета Financial Times в 2017 году констатировала: в эпоху сокращения финансирования науки и конкуренции внутри научного сообщества «многовековая традиция» научной коммуникации становится для ученых необходимостью, а значит, вокруг этой необходимости возникает профессия. Попасть в нее можно, например, с помощью магистерской степени: как правило, эти очень гибкие и современные программы в ведущих исследовательских университетах (должны же быть под рукой живые ученые) сильно ориентированы на успешные карьеры выпускников. За один или два года в магистратуре можно в режиме «песочницы» не просто разобраться, что вам ближе — редакция, пресс-служба или музейный отдел, но и найти в нужном месте работу, благо многие работодатели как раз и будут вести у вас лекции и семинары.

В России такая возможность есть в Университете ИТМО, где с 2016 года работает первая в стране магистерская программа по научной коммуникации. В конце мая университет завершает прием заявок на конкурс портфолио, который дает возможность поступить в эту магистратуру (и еще 90 других) без экзаменов. Студенты первых двух наборов магистерской программы по научной коммуникации рассказали «Чердаку» о том, откуда и зачем они пришли в такую экзотическую магистратуру и что там нашли. [ ... ]

Читать полностью

Второй панч по криптогомеопатии

Журнал PLOS ONE отозвал статью ученых, связанных с российской фармкомпанией «Материа Медика»

3 мая журнал PLOS ONE отозвал статью группы российских ученых, посвященную измерению активности т.н. «релиз-активных» антител к интерферону при помощи иммуноферментного анализа. Среди авторов статьи — членкор РАН Олег Эпштейн, директор компании «Материа Медика», производителя таких препаратов, как «Анаферон», «Артрофоон», «Тенотен» и др.
Добавить в закладки
Комментарии

«Материа Медика» — российская фармкомпания, выпускающая гомеопатические средства и распространяющая их в качестве безрецептурных препаратов. (Подтвердить эффективность гомеопатических средств не смогло ни одно двойное слепое плацебо-контролируемое рандомизированное исследование.) Некоторые из своих препаратов компания именует «релиз-активными», не указывая при этом явно, что они представляют собой точно такую же гомеопатию. Аффилированные с компанией исследователи пытаются публиковать в научных журналах статьи, якобы иллюстрирующие реальность эффекта «релиз-активности», изобретенного Олегом Эпштейном, директором «Материа Медика», и периодически в этом преуспевают.

В 2018 году компания стала лауреатом антипремии за активную лженаучную деятельность, присуждаемой Министерством науки и образования.

Теперь же вслед за антипремией последовал и второй «панч» по «Материа Медике» — отзыв статьи из PLoS ONE, которая была опубликована аффилированными с компанией исследователями в 2014 году. Статья была отозвана после того, как биолог и популяризатор науки Александр Панчин вместе с химиком Евгенией Дуевой опубликовали на платформе PLoS ONE комментарий, развенчивающий «замаскированную гомеопатию» работы Эпштейна и его коллег.

Этот комментарий был не первым, признает в разговоре с «Чердаком» Панчин. Они с Дуевой писали опровержения не только на статью в PLoS ONE, но и в другие журналы, где также публиковались исследователи, связанные с «Материа Медикой». Первой на такое письмо отреагировала редакция журнала Journal of Medical Virology. Но журнал не стал отзывать уже опубликованную статью, а просто опубликовал критику Панчина и Дуевой в рубрике «Письма в редакцию». Что, по словам биолога, можно даже рассматривать как помощь замаскированным гомеопатам, поскольку, во-первых, из-за ссылки на псевдонаучную публикацию цитируемость последней только подросла, а во-вторых, публикация критики дала аффилированным с «Материа Медикой» авторам право на вторую публикацию, с ответом. [ ... ]

Читать полностью

Слежка за параноиком

Отрывок из книги Александра Границы «Безумие ли?»

Наши представления о психических заболеваниях до сих пор полны лакун и стереотипов. Где кончается нормальная подозрительность и начинается нездоровая паранойя? Можно ли победить депрессию, иначе взглянув на мир? Что происходит с сознанием шизофреника? Может ли болезнь тела спровоцировать расстройство психики? На эти и многие другие темы рассуждает казанский врач-психиатр Александр Граница в своей книге «Безумие ли?». С позволения издательства АСТ «Чердак» публикует отрывок из его книги.
Добавить в закладки
Комментарии

Пролистав историю болезни поступившего прошлой ночью пациента, первое впечатление о нем у меня сложилось привычное. Соседи вызвали скорую помощь и участкового, жаловались, что пациент их «травит уайт-спиритом», обвиняет в преследованиях и мстит за «надуманное вредительство». Такие истории случаются часто, в основном с возрастными пациентами шестидесяти-восьмидесяти лет. Живущие в одиночестве или редко общающиеся со своими родственниками, на фоне снижения возможностей памяти, они становятся подозрительными и могут винить окружающих в попытках причинения им ущерба. Я пригласил пациента на беседу. В ординаторскую медлительной и осторожной походкой вошел высокий, худощавый, седой мужчина (ему было чуть больше шестидесяти). Нос его прикрывали опалового цвета очки, пуговицы пижамы были аккуратно застегнуты. Смотрел он выжидательно и несколько раздраженно. Сев на предложенный стул, он отвечал на мои вопросы, прерывая их собственными замечаниями. Его манера речи выдавала в нем хорошее образование и склонность к интеллектуальному труду. Уже много лет он жил один: родители скончались и он остался в той же квартире, где началось его детство. У него было два высших образования в сфере инженерии и экономики. До пенсии и еще два года после он работал в разных организациях инженером-экономистом. А последние пару лет подрабатывал тем, что писал обзорные статьи по проблемам экономики и управления для интернет-журналов. Жил он замкнуто и не создавал впечатление конфликтного человека. Все это заставляло задаться вопросом, как же он очутился в психиатрической больнице. Чего он до конца не понимал сам.

Из его слов выходило, что он вызвал участкового полицейского к себе домой, а вместе с ним «почему-то приехала психиатрическая бригада». Он рассказал, что уже несколько лет у него имеется конфликт с жильцами квартиры нижнего этажа. Предыдущий владелец, с его слов, периодически пытался ему «вредить»: отключал электричество, пускал неприятные запахи через щели в полу. Был период, когда пациент даже видел дым из половых щелей, словно кто-то намеренно накуривал сигаретный дым в них, приходилось заливать пол водой, чтобы это прекратить. У них с соседом были неоднократные конфликты по этому поводу. Но полгода назад наступило некоторое облегчение — тот сосед переехал и вселился другой. Но и с ним — пациент искренне разводил руками в этот момент — началась та же катавасия: стуки в дверь, громкая музыка, инородные запахи в полу. На этом история не остановилась. В течение двух последних недель начали происходить пугающие вещи. Сначала это были громкие стуки в дверь. Пациент боялся подходить, так как половицы скрипели, а выдавать своего присутствия не хотелось. Затем, после таких стуков, ему отключили электричество через подъездный щит. «Видимо выманить меня из дома хотели», — прокомментировал он. А однажды на дверном глазке обнаружилась налепленная жевательная резинка. «Понимаете, доктор, был бы я моложе или жил не один, я бы может и открыл, но так — мне боязно», — говорил он. Далее он рассказал, что эпизод со жвачкой стал последней каплей и он решил вызвать участкового полицейского. Но когда тот пришел, а пациент начал ему объяснять текущую ситуацию, полицейский вызвал бригаду скорой помощи.

Фото: Starikov Pavel / Фотодом / Shutterstock
Фото: Starikov Pavel / Фотодом / Shutterstock

Такая история заставляет сомневаться. Отчасти это похоже на правду. Уже немолодому одинокому человеку в таких условиях действительно стоит опасаться открывать двери незнакомцам. Если, конечно, источники стука были реальны. Тогда я спросил про «уайт-спирит» и попытки мести. «Я затеял ремонт, — ответил он, — у меня стены и двери в комнатах покрашены масляной краской. Местами краска облупилась, надулись пузыри. Вот и приходится их оттирать. Я беру „уайт-спирит“ и скребком оттираю». Опять же бывает и такое. Соседские отношения не всегда доброжелательные. Какие-то мелкие недовольства могут копиться, могут иметь реальную основу и, когда не способны разрешиться самостоятельно, — идут обращения к участковому. Мы договорились с ним, что я постараюсь разобраться в сложившейся ситуации, но ему придется потерпеть до понедельника, когда придут заведующий отделением и заместитель главного врача. Он был не против. [ ... ]

Читать полностью