Текст уведомления здесь

По дороге к звездам

Кто такой Павел Клушанцев и почему Джордж Лукас называл его крестным отцом «Звездных войн»

Ровно 60 лет назад произошло событие, оказавшее сильнейшее влияние на мировой кинематограф и тех его зрителей, что увлекались космосом. На экраны в СССР вышел фильм режиссера Павла Клушанцева «Дорога к звездам». Спустя месяц после запуска «Спутника-1» и спустя всего четыре дня после старта «Спутника-2». «Дорога к звездам» открыла новую эпоху в научно-популярном кино. По случаю памятной даты «Чердак» вспоминает о том, как Клушанцев шел к тому, чтобы снять свои картины.
Добавить в закладки
Комментарии

Автор «Звездных войн» Джордж Лукас называл его крестным отцом своей саги, а Роберт Скотак, приложивший руку к созданию «Терминатора», «Титаника» и «Чужого», по почте консультировался с Клушанцевым о технологии комбинированных съемок. Но все эти факты стали всплывать только сейчас. Когда Лукас во время своего визита в Москву 20 лет назад спрашивал советских чиновников, как найти Павла Клушанцева, те лишь недоуменно пожимали плечами: кто это?

Клушанцев родился в Санкт-Петербурге 12 февраля 1910 года. Он рано потерял отца, оказавшись с матерью в детском доме — так ей было проще содержать ребенка. Уже там юному Павлу привили интерес к технике и любовь к изобретениям и поделкам своими руками. Особую роль в формировании характера Клушанцева, по его же признанию, сыграл эпизод со школьной учительницей географии, которая сказала после того, как он сделал доклад на уроке: «Материал ты знаешь, но совершенно не умеешь выражать свои мысли». Эта фраза, признается режиссер в своей автобиографии, будто завела в нем пружину, и он всю жизнь сам себе доказывал, что умеет выражать свои мысли. Так появились фильмы и книги.

Окончил Клушанцев факультет кинооператоров в Ленинградском фотокинотехникуме. Вспоминая это время, он признавал, что техническая база техникума была «смехотворно слаба», и сравнивал ее с музейной коллекцией фотоаппаратуры. Киноаппаратуры, и в особенности пленки, было настолько мало, что за все время обучения будущему режиссеру научно-популярных картин удалось поснимать только дважды(!). Любопытно отметить при этом, что в кино он изначально не стремился. Техникум вообще был запасным вариантом — на случай, если его не возьмут на факультет механики Технологического института из-за «неблагонадежной» родословной: мать будущего режиссера была из дворянской семьи, а рано умерший отец — врачом. Кинотехникум же просто располагался неподалеку от дома, а в слове «кинотехника» в первую очередь привлекала Клушанцева именно «техника», а не «кино».

Тяга к изобретательству всю жизнь не покидала Клушанцева — об этом наглядно свидетельствует то, как развивалась его карьера. Работая оператором, он постоянно пытается как-то технически усовершенствовать свою работу, создает различные приспособления — на некоторые даже пытается получить патенты. А когда возможностей «поизобретать» в этой профессии Клушанецеву стало недоставать, он создает для «Ленфильма» отдел комбинированных съемок: во-первых, потому что это ему просто интересно, а во-вторых, чтобы занять, как он сам выражается, «безопасную экологическую нишу», стать незаменимым специалистом. Это было для Клушанцева, которого коллеги называли «наш дворянчик» за его непролетарское происхождение, немаловажным — на дворе стояли 30-е годы.

На войну талантливого оператора не взяли — сказалось то, что с 16 по 25 лет он болел костным туберкулезом, и потому он остался в Ленинграде. Когда началась блокада, Клушанцев руководил службой наблюдения и связи гражданского ПВО, а в свободное от службы время продолжал возиться с техникой на студии. В 42-м он слег с дистрофией, потом — эвакуация в Новосибирск, где Клушанцев работает над производством военно-учебных фильмов. В послевоенный Ленинград он возвращается с уже подготовленными чертежами по усовершенствованию цеха комбинированной съемки и работает как проклятый: нужно восстанавливать все, что разрушено войной. Впервые как режиссер он появляется в титрах короткого мультипликационного фильма.

Первый полнометражный фильм Клушанцева-режиссера, однако, был посвящен не космонавтике, а расщеплению атома. «Тайна вещества» появилась в 1956-м: эхо ядерных взрывов в Хиросиме и Нагасаки будоражило людей, даже весьма далеких от науки, а в Обнинске уже начала работать первая промышленная атомная энергостанция. Становилось ясно, вспоминает об этом периоде Клушанцев, что началась эпоха освоения энергии атома, и научно-популярный кинематограф не мог на это не откликнуться. С этой же картины и начинается «фантастический период» режиссера — повествование, построенное как рассказ об «истории вопроса», которое не заканчивается современным временем. Клушанцев позволяет себе заглянуть в будущее: последние минуты фильма посвящены терраформированию планеты, созданию искусственного солнца и освоению космоса, которые станут возможны благодаря освоению энергии атома.

Строение ядра атома. Из к\ф «Тайна вещества» (1956)

Клушанцев всегда старался стремительно реагировать на повестку, и сегодня, задним числом, смешно слышать, что сценарий его первого фильма про космос — «Дорога к звездам» — был поначалу отвергнут из-за неактуальности темы. Фильм задумывался как история об освоении людьми космоса с последующими прогнозами: как люди будут путешествовать сквозь космическое пространство, а некоторые смогут даже жить на кораблях. Примерно в 1956—1957 году, сразу после окончания работы над «Тайной вещества», в план «Леннаучфильма» не сразу удалось поставить сценарий новой картины Клушанцева, потому что в Главке по этому поводу сказали: людей в космос отправлять будут лет через 100, а у нас в стране сейчас проблемы гораздо масштабнее — например, неурожайность сахарной свеклы. Но фильму все-таки дали старт, и на экранах он появился как никогда вовремя. Как только запустили «Спутник-1», Клушанцев доснял пару эпизодов про то, как спутник облетает планету, и выпустил фильм сразу после запуска второго «Спутника». И попал в яблочко.

Клушанцев не просто так считал, что «Дорогу к звездам» можно использовать на лекциях по космонавтике. В создании фильма принимали участие несколько институтов, Воздушная академия, Пулковская обсерватория, а также Ленинградский университет и мастерские Худфонда. Консультировал Павла аэрокосмический инженер и ученый Михаил Тихонравов, которому была посвящена треть фильма. Эпизод с запуском первой советской ракеты конструкции Тихонравова (который в действительности состоялся в 1933 году) был настолько хорошо снят, что в дальнейшем его использовали как документальную съемку во многих фильмах, хоть кадры и были цветными. Но главным образом «Дорога к звездам» рассказывала о деятельности Циолковского, о развитии космонавтики в те годы и делала прогноз на наше возможное будущее, связанное с космосом. Клушанцев во всех своих «космических» работах старался угадать, как бы выглядел полет в реальной жизни. И ведь действительно угадывал, что поразительно.

Достижение невесомости. Из к\ф «Дорога к звездам» (1957)

На съемках Клушанцеву приходилось многое изобретать и придумывать самому. Например, тогда еще никто не знал, какую именно форму будет иметь ракета. У Клушанцева она по форме напоминает ракетоноситель (и немного похожа на Эйфелеву башню), над чем посмеивались критики: «Мы все-таки знаем, что предпочтительнее для космических полетов шарообразные или, во всяком случае, обтекаемые тела», — заявлял писатель Евгений Пермяк в своей рецензии на фильм. Точно так же Клушанцев представлял, как будут выглядеть экипировка космонавтов и внутреннее устройство космического аппарата. Он придумывал и различную технику, которая помогала бы летчикам на далеких планетах. Режиссер рассказывал, что однажды к нему на интервью после выхода киноленты «Луна» приехал французский журналист, который спрашивал не про сам фильм, а про технические особенности шагающего вездехода из ленты: про его двигатель, про скорость и состав экипажа. И когда Клушанцев ответил, что вездеход был придуман за чашкой чая и он даже не сам ездит, а передвигается за сценой кукловодами, журналист рассердился. Он-то думал, что русские уже новую технику изобрели.

На пути к созданию последующих картин Клушанцеву тоже неоднократно отказывали и многие детали в сюжетах меняли. Когда стало ясно, что в скором времени в космос полетит и человек, Клушанцев решил снять фильм про полет на Луну. По сюжету в космос отправились сразу три ракеты — от СССР, ФРГ и США. Главная идея фильма заключалась в объединении усилий. Только «наверху» посчитали, что о международном сотрудничестве в этом деле и речи быть не может. Поэтому сценарий пришлось переписывать несколько раз. В финальной версии корабль отправился не на Луну, а на Венеру. Поменяли и название — на «Планету бурь». А на этапе финального просмотра картины министр культуры СССР Екатерина Фурцева вообще чуть было не остановила ее запуск: Фурцевой не понравилось, что женщина-космонавт плачет в кадре, а ведь советская космонавтка плакать не может! Но несмотря на все трудности, фильм все-таки вышел в год полета Гагарина, и картину посмотрело свыше 20 миллионов человек.

Совсем другая судьба была уготована его картине «Луна» 1965 года (как раз в этом фильме и появился тот самый вездеход, так заинтересовавший французского журналиста). Фильм рассказывал об исследованиях Луны и о том, какую роль естественный спутник Земли сыграет в нашей жизни через много лет. Клушанцев и тут предполагал: сначала космические экспедиции, а там уже не за горами и основание городов на поверхности Луны. У фильма были положительные отзывы как от зрителей, так и от критиков. Но 29 июля 1969 года американский астронавт Нил Армстронг первым ступил на поверхность Луны. НАСА одержало верх в этой гонке, и чиновники решили, что раз не СССР в ней победил, то и фильм с экранов лучше убрать.

Свои навыки рассказчика Клушанцев применял не только в кино, но и в написании литературы для детей. Общей сложностью у него вышло шесть научно-популярных книг, и, если их читать в порядке публикации, получится одна большая история: о том, что такое космос («К другим планетам»), что такое звезды и планеты («О чем рассказал телескоп»), о том, как человек осваивал космос («Дом на орбите») и к чему может привести это освоение («Отзовитесь, марсиане!»). Книгами он подпитывал детскую любознательность и интерес к космической теме, подогревая его не только футурологическими допущениями и предсказаниями, но и верой в то, что пройдет буквально несколько лет и его читатели сами будут участвовать в исследовании космического пространства.

Но все же самое примечательное в картинах Клушанцева, из-за чего о нем пошла слава по всему миру, это технические приемы, которые он использовал в фильмах. Летающие машины, необычные скафандры, роботы, то, как изображена невесомость и космические объекты. В годы его работы в сфере киноискусства не хватало таких «выдумщиков», которые могли придумать и построить модели того, чего на самом деле не было еще даже в самых дальних инженерных планах. И хотя съемки Клушанцева очень далеки от тех научно-фантастических блокбастеров, которые выходят сегодня, его метод комбинированных съемок вдохновлял его коллег продолжать совершенствовать съемочные технологии. Совмещая научно-популярный жанр с научно-фантастическим, Клушанцев увлекал свою аудиторию. «Самой большой своей заслугой я считаю то, что внес в продукцию студии новый жанр. Его можно охарактеризовать несколькими словами: снимать не то, что есть, а то, чего нет, но что могло бы передать зрителю больше информации, чем реалии современности», — пишет он в своей автобиографии. Он не только рассказывал о том, каких достижений Советский Союз достиг в исследовании космоса, но и оставлял в душе зрителя кое-что помимо знаний. Он позволял им мечтать. Потому что в мечтах космос кажется еще ближе, ярче и интереснее.

Автор — младший научный сотрудник Института истории естествознания и техники РАН

Добавить в закладки
Комментарии
Вам понравилась публикация?
Расскажите, что вы думаете, и мы подберем подходящие материалы