Спасибо, что вы с нами!

«Объявления о вакансиях обычно не содержат в заголовке слова „физик“»

Карьерный консультант Элейна Левин — о том, как западные ученые ищут работу за пределами академии

Математик и антрополог по образованию, Элейна Левин уже много лет занимается карьерным консультированием ученых, помогая им найти достойную работу за пределами академической сферы. Корреспондент «Чердака», встретившись с Элейной на форуме ESOF, расспросила ее о необходимости нетворкинга для ученых и о том, как могут выглядеть истории перехода ученого из академии в индустрию.
Добавить в закладки
Комментарии
...

— Как так получилось, что у вас два магистерских диплома — по математике и антропологии?

— С детства меня интересовали точные науки, так что, когда я выросла, решила стать астрофизиком и выбрала соответствующую программу в Университете Аризоны. В первый год учебы я поработала с известным астрофизиком-теоретиком и поняла, что исследованиями именно в этой области заниматься не хочу, но само направление мне нравится. Я также люблю математику, так что переключилась на соответствующие курсы, хотя и из физики не уходила: делала исследования по гранту, была президентом местного физического клуба. В итоге университет я закончила с дипломом по математике и стала думать, куда можно применить эти знания, а также мою любовь к бизнесу и коммуникациям. Подала резюме на вакансию директора по коммуникациям нашего факультета физики и получила работу. Через несколько лет я начала работать непосредственно с деканом и заинтересовалась научными карьерами, потому что в мои обязанности входил поиск работы для студентов.

Элейна Левин

Что касается антропологии и археологии, то это тоже было моей большой любовью: мне нравилось изучать историю человеческой цивилизации, и второе образование я получала просто из интереса. Конечно, я всерьез не думала, что стану археологом. А поскольку я изучала и математику, и антропологию, мне удалось получить грант на поездку в Каир, где я исследовала древнеегипетскую математику. Так что мне удалось соединить в одной теме оба моих увлечения.

— Трудно ли получать образование в столь разных научных направлениях и совмещать их в работе?

— Не думаю, что это непременно должно быть сложно. Но да, это требует некоторой креативности: вы должны подумать, как могут пересекаться две области знания и как можно с помощью инструментов и методов из одной решать задачи в другой. Зато вы можете посмотреть на одну проблему с разных сторон. Если вы выбрали этот путь, будьте смелыми перед лицом тех, кто говорит: «Никто никогда раньше так не делал, зачем ты это делаешь?»

— Что было после получения этих дипломов?

— Я использовала каждую возможность получить какой-нибудь новый навык, найти новые социальные связи и продемонстрировать свои возможности людям, которые могли потенциально повлиять на мою карьеру. В итоге каждая открывшаяся возможность влекла за собой новую. Например, когда я только начала работать полный день в качестве научного коммуникатора на факультете физики, я еще дополнительно подписалась на участие в двух волонтерских проектах. Первый проект — научная ярмарка, где я была директором по PR, и у меня появилась возможность написать речь для одного из присутствующих чиновников от муниципалитета. После этого я получила возможность презентовать наше университетское сообщество на международной научной ярмарке. А вторая волонтерская работа, которую я убедила себя взять, — пиар фестиваля научно-фантастического кино. Это дало опыт и навыки, которые я больше нигде не получила бы. У меня довольно уникальный опыт, но, думаю, каждый может преуспеть на своем собственном карьерном пути, если четко определит для себя, что он сам хочет делать и что полезного он может делать для других людей.

— В России, мне кажется, люди редко получают дипломы в столь разных областях. Если ты изучаешь физику, то всю научную карьеру, вероятнее всего, будешь заниматься физикой. А если антропологию, то максимум — сможешь получить следующий диплом в социологии, но не в астрофизике. А для Европы это типично?

— Не то чтобы очень типично, но такое бывает. Недавно я была на встрече нобелевских лауреатов в городе Линдау и общалась там с лауреатом по химии 2009 года Венкатраманом Рамакришнаном. Он получил свою научную степень в физике, но решил уйти в биологию и искал соответствующие постдокторские программы. Но ему сказали: «Исключено» — и ему пришлось как бы вернуться в прошлое и пройти обычные университетские курсы по бионаукам, чтобы продолжить карьеру в биологии.

Так что я согласна: подобные зигзаги в карьере отбрасывают вас назад и занимают много времени, потому что система как бы говорит: «О, у тебя диплом по физике — тебе надо и дальше заниматься физикой».

Если вы хотите из физики перейти, например, в антропологию, или научные коммуникации, или что-то другое, нужно сначала заниматься волонтерской работой в этой сфере, вовлекаться в какие-то проекты, чтобы люди увидели вас в действии и поняли, что ценного вы им можете дать. Вы должны продемонстрировать какую-то уникальную ценность. Вот другой пример. У меня есть знакомый профессор физики частиц. Он преподавал в США. У него есть жена, специалист в пищевой промышленности, которая работала в международной продовольственной компании в другом регионе. Однажды он приехал к ней, и они поужинали вместе с несколькими представителями компании на заводе, где делали консервированный грибной суп. И один из менеджеров пожаловался на проблему: каждая банка супа, которую они производили, должна была быть одного цвета, а они получались разные. Разный цвет супа — признак плохого контроля качества, но им никак не удавалось решить эту проблему. И тогда физик предложил им использовать для контроля цвета оптическое оборудование, которым он сам пользовался регулярно в своей лаборатории. В компании, вероятно, даже не подозревали, что такое оборудование существует. У них просто не было соответствующего образования, так что они даже подумать о подобном не могли. Так что этот ученый предложил им некое уникальное знание. В итоге ему предложили работу. Он оказался физиком в штате международной продовольственной компании, где продолжал применять свои знания и навыки, но уже для разработки решений на заводах по производству еды. Так что, если вы сможете продемонстрировать свою уникальную ценность, такие карьерные «скачки вбок» возможны.

— С какими проблемами к вам приходят на консультации другие ученые?

— Вообще, я работаю не только с учеными. Как правило, это люди на ранней стадии карьеры, и самое большое препятствие для них — недооценка себя и неумение себя презентовать. Многие думают, что если они изучали, например, физику, то единственный карьерный путь для них — быть ученым-физиком или университетским профессором. А за пределами научного сообщества объявления о вакансиях обычно не содержат в заголовке слова «физик» — они могут называться, например, «инженер» или «проектный инженер», при этом опираются на навыки и знания, которые могут быть и у физика.

Мои клиенты часто ищут вакансии, которые так и называются: «Требуется физик», и не могут, конечно, найти работу, потому что индустрия говорит на другом языке, нежели академия.

Чтобы им помочь, я учу язык экосистемы, в которую они собираются перейти, чтобы они смогли лучше донести собственную ценность до организаций, в которые собираются попасть. Также я пытаюсь донести до них, что во время своей научной деятельности они изучали не только науку, но и получали другие полезные навыки. Например, они распоряжались грантами, значит, понимают в финансах и бухгалтерии; управляли научным коллективом, значит, у них есть навыки тимбилдинга, разрешения конфликтов, дипломатии — все это ценно и может пригодиться за пределами академической среды. Просто это нужно найти и правильно представить.

— Можно ли как-то классифицировать типы карьер, которые могут построить ученые, ушедшие из науки?

— Можно построить карьеру в отделе корпоративных исследований и развития (R&D), то есть работать в лабораториях компании, как правило, международной, разрабатывая для нее продукты и проводя исследования для поиска инноваций. Есть ученые и инженеры, которые всю карьеру строят в отделе R&D, а есть те, кто сначала приходит в это подразделение, а потом переходит в другие отделы, если у них есть представление, что нужно компании и индустрии в целом. Но вообще каждый случай довольно уникален. С точки зрения меня как предпринимателя, у работодателя просто есть проблема, и я ищу уникального специалиста, который может ее решить, и он при этом может быть хоть бывшим университетским профессором. К тому же все мы взрослеем, открываем для себя мир, наши приоритеты меняются, а навыки улучшаются. Совсем не факт, что вы в 40 лет будете делать то же, что в 22.

— К вам, наверное, обращаются не только STEM-специалисты (аббревиатура от science, technology, engineering, math — прим. ред.), но и гуманитарии. Их карьерные проблемы чем-то отличаются?

— Да, я работаю не только со специалистами из STEM, но и с людьми с бизнес-дипломами, специалистами в социальных науках и даже искусствоведами. Недавно я давала в университетах несколько мастер-классов по стажировкам, и один университет попросил меня дать мастер-класс дважды — один для STEM-студентов, другой для гуманитариев. Но вопросы, которые я получила от обеих аудиторий, были практически одинаковые: «как найти стажировку», «для какой работы я достаточно квалифицирован», «как понять, что я хочу делать и где я хочу это делать». Ответы, в общем, очевидны. Сначала надо провести «внутренний аудит» — понять, что ты любишь делать и какие проблемы решать, на втором этапе надо сделать «внешнее» исследование — поискать стажировки, искать полезные социальные связи и постоянно задаваться вопросом: «А что есть еще?»

С гуманитариями и социальными науками, по крайней мере в США и Европе, есть одна проблема — почти все стажировки неоплачиваемые.

В то время как для студента из STEM найти оплачиваемую стажировку не проблема.

— Что главное для получения хорошей работы? Есть ли какие-то критерии, по которым вы смотрите в резюме и говорите: «Да, это успешная карьера»?

— Первое — надо понимать важность коммуникаций. До тех, кто может тебя нанять, важно уметь доносить, что ты можешь им предложить и почему они должны инвестировать именно в тебя время, деньги и другие ресурсы. Так что нетворкинг — реально важный аспект хорошей карьеры. Но нетворкинг — это не когда вы пытаетесь ухватить что-то для себя, его цель — зрелое и выгодное для обоих сторон партнерство, где каждый получает свою выгоду. Нетворкинг — это «что я могу сделать для вас, как я могу лучше понять вашу миссию и помочь вам преуспеть в ней». Люди с таким подходом имеют карьерный успех. Что касается критериев успешной карьеры, то, как это ни банально, успех — это когда работа приносит радость и позволяет иметь влияние в своей среде.

— Вы консультируете ученых из разных стран — США, Канады, Мексики. Типичные научные карьеры в этих странах отличаются?

— Да, особенности связаны, в первую очередь, с организацией науки в каждой стране. В Европе, например, принято начинать собирать портфолио еще в начальной школе, и это влияет на то, в какой университет вы попадете и даже, возможно, какие дисциплины будете изучать. Но в целом во всех странах сейчас идет большой уклон в предпринимательство. То есть мы берем работу, которую делали в академической среде как ученые, и переносим ее в бизнес. Такая стратегия работает в любой стране, потому что это про зарабатывание денег, а зарабатывание денег в любой культуре понимают. Многие ученые применяют свои научные знания для создания каких-то новых продуктов или сервисов, за которые потребители будут готовы заплатить. Это открывает новые карьерные возможности, недоступные в прошлом. Мы видим все больше ученых, которые идут работать в маленькие компании, стартапы, или в научные отделы корпораций. Также все больше ученых выбирают нетрадиционные карьеры — политика, научная коммуникация, консультирование. Потому что и сами ученые понимают, что могут найти себя за пределами академии, и компании становятся более открытыми к ученым.

— Должен ли современный ученый быть социально проактивной и публичной личностью?

— Да, современный ученый должен быть сильнее вовлечен в различные социальные темы, чтобы общество, которое инвестирует в науку, понимало, что делают ученые. Существуют некоторые помехи связи между обычными людьми и учеными. Обычные люди думают, что они никогда не взаимодействуют ни с наукой, ни с учеными. Но с тем, что было создано наукой и технологиями, мы взаимодействуем сотни раз в день. Так что ученым важно взаимодействовать с публикой так же, как публика взаимодействует с наукой. Тем не менее его основная задача остается прежней — заниматься исследованиями, преподавать, производить инновации. Коммуникации — лишь часть этого.

Добавить в закладки
Комментарии
...
Вам понравилась публикация?
Расскажите что вы думаете и мы подберем подходящие материалы